Каменная архитектура в миниатюрах Мэттью Симмондса

Внутри неровного каменного блока открывается небольшой зал: колонны поддерживают своды, несколько ступеней ведут вглубь, на дальней стене проступает круглый проём. Размеры скульптуры позволяют поставить её на стол, но взгляд воспринимает интерьер как пространство, в которое можно войти. Мэттью Симмондс добивается этого эффекта, вырезая архитектуру непосредственно в камне. Для него важны и оставшаяся масса, и образовавшаяся пустота, и свет, который делает их отношения видимыми.^[1]^[4]

Мэттью Симмондс. Cathedral: Study, 2022. Каррарский мрамор, высота 41 см. Изображение с официального сайта скульптора.[4]

История искусства и ремесленная школа

Путь Симмондса к скульптуре начался с изучения истории искусства. В 1984 году он окончил Университет Восточной Англии, специализируясь на средневековом искусстве и архитектуре. Несколько лет работал иллюстратором, а в 1991-м изучал архитектурную резьбу по камню в техническом колледже Уэймута. Позднее участвовал в реставрации Вестминстерского аббатства, Солсберийского собора и собора в Или. Это были реальные здания, где точность детали имела непосредственное практическое значение.^[2]

В 1997 году Симмондс переехал в итальянскую Пьетрасанту и занялся тонкой резьбой классического орнамента по мрамору. Первую премию на втором международном скульптурном симпозиуме в Вероне он получил в 1999-м. С 2014 года живёт и работает в Дании. В этой последовательности важны оба вида подготовки: знание исторической архитектуры даёт ему обширный запас пространственных решений, а ремесленный опыт позволяет воплощать их в материале.^[2]

Реставратор привык замечать то, что посетитель собора часто воспринимает лишь как общее впечатление: профиль опоры, переход к своду, глубину проёма. У Симмондса подобные детали становятся основой самостоятельных композиций. При этом работа с историческим языком не обязывает его воспроизводить конкретный памятник. В интервью Colossal 2018 года он пояснял, что обычно создаёт собственные пространства, вдохновлённые существующей архитектурой; серию Elevation тогда выделял как исключение.^[8]

Как появляется пространство в камне

В интервью Stone World 2023 года Симмондс рассказывал, что работает с мрамором и известняком, не делая предварительной глиняной модели. Среди предпочитаемых материалов он называл каррарский мрамор, тунисский известняк Thala beige и датский известняк Faxe. Камни выбирает лично: проверяет их состояние и оценивает форму, которая сможет взаимодействовать с будущим внутренним пространством. Конкретный образ не всегда определён уже при выборе глыбы.^[3]

В том же разговоре скульптор перечислял инструменты: молоток и зубило, ручные электрические и пневматические шлифовальные приспособления. Работы он выполнял самостоятельно, без роботизированной резьбы. Проект уточнялся по мере удаления материала. Это существенная особенность метода: окончательную границу между вырезанной архитектурой и наружной поверхностью естественного камня трудно полностью предсказать заранее. Решения возникают в ответ на конкретную заготовку.^[3]

Такой подход помогает понять, почему необработанные участки здесь столь заметны. Они дают зрителю возможность сравнить исходный характер материала с точностью внутренних форм. Резьба не скрывает происхождение скульптуры. Даже там, где воображение дорисовывает целое здание, рядом остаётся вещественное напоминание о глыбе. На одном небольшом участке могут встретиться грубый скол и тонко выведенный профиль, и именно их соседство удерживает внимание.

Два разных каменных интерьера

В Cathedral: Study, выполненной в 2022 году из каррарского мрамора, особенно заметен вертикальный ритм. Тонкие опоры направляют взгляд к сводам, ступени разделяют уровни пола, а открытый край позволяет рассмотреть интерьер почти как сцену. Высота работы составляет 41 сантиметр. При взгляде на фотографию масштаб легко забыть: знакомая архитектурная логика заставляет мысленно увеличить расстояния между колоннами.^[4]

Proscænium 2025 года имеет другой характер. Скульптура высотой 45 сантиметров вырезана из известняка Faxe. Колонны, карнизы и ступени образуют пространство с более выраженной горизонталью. На поверхности хорошо видны естественные полости и неровности камня. Они проходят через обработанные детали, поэтому строгая архитектура не выглядит изолированной от материала. Формы напоминают фрагмент сохранившейся постройки, хотя перед нами современное произведение.^[5]

Мэттью Симмондс. Proscænium, 2025. Известняк Faxe, высота 45 см. Изображение с официального сайта скульптора.[5]

Сравнение этих работ показывает, насколько различается действие одного приёма. В первом случае светлые поверхности поддерживают ощущение собранного, вытянутого вверх пространства. Во втором фактура сильнее напоминает о времени и разрушении. Это зрительское прочтение, а не попытка определить возраст изображённых зданий: у скульптур нет обязательной роли археологических реконструкций. Их убедительность рождается из того, как согласованы пропорции, глубина и поверхность.

Когда чертёж превращается в объём

Иногда Симмондс всё же обращается к определённому памятнику. В Reverse Plan: Bamberg Cathedral исходной точкой стал план Бамбергского собора в Германии. Автор датирует известняковую работу 2024 годом и указывает высоту 51 сантиметр. В описании он подчёркивает перевод двухмерного архитектурного чертежа в трёхмерное пространство. Поэтому её стоит рассматривать именно как исследование устройства здания, а не как обычную уменьшенную модель его наружного облика.^[6]

На фотографии план превращается в систему углублений со сводами и опорами. Мы одновременно читаем общую конфигурацию и заглядываем внутрь отдельных пространств. Необработанное поле вокруг них остаётся частью композиции. Вместо привычного обхода собора снаружи зритель получает невозможную в реальности позицию: может увидеть внутреннюю структуру целиком, приблизиться к одному фрагменту и снова вернуться к общей схеме.^[6]

Мэттью Симмондс. Reverse Plan: Bamberg Cathedral, 2024. Известняк, высота 51 см. Изображение с официального сайта скульптора.[6]

Окна как собрание маленьких миров

Серия Windows расширяет возможности этого языка. В квадратной работе Windows 26, датированной 2026 годом, соседствуют разные сюжеты: архитектурные фрагменты, насекомые, лицо, паровоз. Каждый мотив заключён в отдельную нишу. Общая сетка удерживает их вместе, но небольшие пространства устроены по-разному: где-то важнее силуэт, где-то глубина, где-то тонкий орнамент. Высота известнякового произведения составляет 50 сантиметров.^[7]

Благодаря такому устройству сам просмотр становится последовательным. Сначала замечаешь всю плиту, затем выбираешь одну ячейку и наконец начинаешь сравнивать её с соседними. Камень оказывается материалом для своеобразной коллекции, причём коллекция и её обрамление принадлежат одному произведению. Здесь особенно ясно видно, что интерес Симмондса шире церковных интерьеров: архитектурная организация помогает ему собрать в едином поле очень разные образы.^[7]

Мэттью Симмондс. Windows 26, 2026. Известняк, высота 50 см. Изображение с официального сайта скульптора.[7]

Трудоёмкость подобных вещей зависит от конкретной задачи. Об одной из более ранних работ, Windows 2017, Симмондс сообщал в интервью: непосредственно резьба заняла около 180 рабочих дней, распределённых примерно на девять месяцев, не считая дополнительного исследования и проектирования. Это срок определённого произведения, а не универсальная норма для всех его миниатюр. Он позволяет оценить, сколько последовательных решений может быть заключено в кажущемся небольшим объекте.^[8]

Свет завершает скульптуру

В авторском описании своей практики Симмондс особо выделяет изменение точки зрения и освещения. По мере того как зритель перемещается, одни поверхности открываются, другие скрываются за опорами, глубина проёмов становится более или менее заметной. Для скульптора это связано с интересом к сакральной архитектуре, отношениям светлого и тёмного, природного материала и человеческого труда. Пустое пространство здесь требует такой же организации, как оставшийся камень.^[1]

В марте 2026 года, беседуя с Colossal, художник вновь говорил о роли света и пространства и о возможности передать через них ощущение сакрального во внутреннем мире скульптуры. Это помогает увидеть за виртуозной резьбой вполне определённую задачу. Зрителю предлагается не просто оценить количество мелких деталей, а почувствовать характер места, в котором физически невозможно оказаться.^[9]

Отсюда и особая убедительность этих миниатюр. Их можно обозреть целиком, но не обязательно понять с первого взгляда. Узкий проход обещает продолжение, затемнённый угол удерживает неизвестность, свет на ступенях задаёт направление воображаемого движения. Каменная вещь остаётся небольшой, а пространство внутри неё приобретает собственный масштаб. Симмондс оставляет зрителю именно эту возможность: на несколько минут мысленно сменить размер и посмотреть на знакомую архитектуру из другой точки.