Чем пахнут древнеегипетские мумии

Древесина, пряности и сладковатые ноты: такими словами исследователи описали запахи девяти мумий из Египетского музея в Каире. Результаты, опубликованные в феврале 2025 года, звучат неожиданно для тех, кто представляет древние останки исключительно по фильмам ужасов. Но за любопытным наблюдением стоит серьёзная задача: выяснить, какие сведения о бальзамировании и последующей судьбе тела сохранились в окружающем его воздухе. И здесь приятный аромат оказывается только началом истории. ^[1]

Как изучают запах тысячелетней давности

Для исследования выбрали пять мумий из хранилища и четыре из экспозиции. Датированные образцы охватывали почти две тысячи лет: от Нового царства до III–IV веков нашей эры. Воздух отбирали через трубку, осторожно введённую в промежуток между основанием и крышкой гроба. Его оценивала подготовленная группа из восьми человек. Среди частых характеристик, кроме древесных, пряных и сладких, встречались запах благовоний, затхлость и прогорклость. Поэтому говорить, что все египетские мумии благоухают одинаково, было бы неверно. ^[1]

Лабораторная часть включала газовую хроматографию, масс-спектрометрию и ольфактометрию. Хроматограф разделяет смесь веществ, масс-спектрометр помогает их определить, а человек у обонятельного порта отмечает, чем пахнут отдельные компоненты. Оценка общей смеси дополняет эти измерения: впечатление от сложного аромата нельзя получить простым сложением запахов составляющих. Одна молекула может ощущаться даже в небольшой концентрации, другая будет заметна прибору, но почти не повлияет на восприятие. Так химический анализ и человеческий нос проверяют разные стороны одного явления. ^[2]

Анализ летучих веществ не требует отрезать кусочек ткани или разворачивать пелены. Но проект включал и другие подходы: изучение поверхностных микроорганизмов и истории хранения образцов. ^[2]

Образец M7 в Египетском музее в Каире и отбор летучих веществ внутри гроба. Сохранена исходная иллюстрация из трёх фотографий. Paolin E. et al., JACS, 2025, рис. 1. CC BY 4.0.

В одном гробу встречаются разные эпохи

Главная трудность начинается после обнаружения пахучей молекулы. Она могла остаться от древнего бальзама, попасть на предмет при музейной обработке или возникнуть гораздо позднее. Исследователи выделили четыре возможных источника: исходные материалы мумификации, растительные масла для защиты от вредителей, синтетические пестициды и продукты микробиологического разрушения. Поэтому воздух вокруг мумии хранит следы не только погребального обряда, но и её жизни после раскопок. ^[3]

Современные защитные масла могут быть химически похожи на древние составы. По отдельному компоненту надёжно определить его происхождение не получается. Нужны музейные записи и другие результаты анализа. Эта неоднозначность мешает превратить перечень молекул в точный древний рецепт. ^[2]

Сила запаха тоже не служит простой шкалой сохранности. В каирской выборке такой зависимости не обнаружили. В витринах концентрация пахучих соединений была выше, чем в хранилище; вероятное объяснение связано с их накоплением в закрытом пространстве. Сильнее пахнущий экспонат поэтому нельзя автоматически считать лучше сохранившимся. ^[1]

Почему бальзамировщикам был важен аромат

Для древних египтян приятный запах имел религиозный смысл. Он связывался с божественной чистотой, тогда как зловоние указывало на тление и разрушение. Мумификация должна была подготовить человека к посмертному существованию. Поэтому ароматические материалы были частью самого представления о правильно сохранённом теле. Хвойные смолы и масла, мирра, ладан и воски помогают объяснить, почему нынешние специалисты нередко описывают запах мумий как приятный. ^[3]

При этом сохранение останков требовало нескольких разных операций. На примере погребения Тутанхамона Метрополитен-музей объясняет последовательность: тело мыли, внутренние органы обрабатывали отдельно, ткани обезвоживали с помощью натрона, затем применяли смолы, травы и мази. Форму поддерживали льняными прокладками и мешочками с наполнителем, после чего следовало многослойное обёртывание. Пахучие вещества работали внутри целой технологии, где значение имели и удаление влаги, и обработка тканей, и устройство покровов. ^[4]

Об этой работе напоминают совсем неприметные предметы. В тайнике, связанном с бальзамированием Тутанхамона, сохранились мешочки натрона, льняные ткани и другие материалы. Такие находки позволяют увидеть за готовой мумией труд людей: подготовку, расход сырья, многократные действия. Ароматическая смола была одним из материалов мастерской, а не самостоятельным чудесным средством, обеспечивавшим сохранность на тысячелетия. ^[4]

Мешочек натрона из тайника с материалами бальзамирования Тутанхамона, около 1328–1318 годов до н. э. Метрополитен-музей, предмет 1988.437.2.

Единого рецепта мумии не существовало

История бальзамирования началась задолго до наиболее известных царских погребений. В 2018 году исследователи изучили доисторическую мумию из Египетского музея в Турине, датированную примерно 3700–3500 годами до нашей эры. Прежде считалось, что её сохранил главным образом сухой песок. Анализ показал обработку смесью растительного масла, нагретой хвойной смолы, ароматического растительного экстракта и растительной камеди либо сахара. Особенно важным было отсутствие позднейших реставрационных обработок: они не подмешали свои вещества к древним следам. ^[5]

Туринская находка показывает, почему нельзя представлять египетское бальзамирование одной неизменной процедурой. Между этим человеком и многими мумиями фараонского времени лежат тысячелетия. Чтобы сравнивать технологии, нужны образцы с понятной датировкой и историей, а не просто похожий запах. Древесная нота сама по себе не сообщает, в какой мастерской приготовили смесь и когда её нанесли. ^[5]

Другой важный ключ дала мастерская в Саккаре, действовавшая примерно в 664–525 годах до нашей эры. В исследовании Nature 2023 года учёные сопоставили содержимое 31 подписанного керамического сосуда с надписями о назначении смесей; дополнительно изучили четыре сосуда из погребальных камер. Находки позволили связать вещества с конкретными действиями, например обработкой головы или подготовкой пелен. Среди материалов оказались жиры, масла, воски и различные смолы. ^[6]

Особенно показателен сосуд с указанием сделать запах приятным: в нём нашли следы животного жира и смолы растений семейства бурзеровых. Другие смеси предназначались для иных задач. Эти подписи придают химическим результатам смысл, которого не хватает отдельной пробе воздуха: они связывают материал с замыслом мастера. Рецептура раскрывается там, где сходятся археология, чтение древнего текста и лабораторное измерение. ^[6]

Что осталось в сосудах Сенетнай

Иногда ароматическую историю можно исследовать, даже когда самих органов уже нет. В 2023 году группа Барбары Хубер изучила остатки бальзамов в двух канопах Сенетнай, кормилицы будущего фараона Аменхотепа II. Она жила около 1450 года до нашей эры. Сосуды из Долины царей, предназначавшиеся для лёгких и печени, теперь находятся в Музее Августа Кестнера в Ганновере. Тонкие отложения на стенках и дне сохранили сведения о многокомпонентной смеси. ^[7]

Анализ выявил пчелиный воск, масла, жиры, битум, хвойные смолы и другие вещества. Часть химических признаков могла соответствовать даммаровой либо фисташковой смоле; уверенно выбрать между ними исследователи не смогли. Обнаружили также кумарин с ванилеподобным запахом. Но кумарин встречается в разных растениях, поэтому такая находка не доказывает, что бальзамировщики добавляли конкретную пряность. Это наглядный пример того, как аккуратно приходится переводить язык молекул на язык исторических ингредиентов. ^[7]

Канопы Сенетнай относятся к отдельному исследованию. Их нельзя смешивать с каирской выборкой: остатки бальзамов и современные летучие выделения отвечают на близкие, но разные вопросы. ^[7] ^[2]

Можно ли вернуть запах в музей

Работа с историческими ароматами требует сохранить не только химическую формулу, но и описание человеческого ощущения. Ещё в 2017 году Сесилия Бембибре и Матия Стрлич предложили подход к документированию запахов наследия. На примере старых книг и библиотеки они объединили инструментальные измерения с впечатлениями людей. Такой архив помогает зафиксировать то, что нельзя передать обычной фотографией: характер запаха и то, как его воспринимают посетители. ^[9]

У египетской темы уже есть практическое музейное продолжение. В статье, опубликованной в феврале 2026 года, описаны ароматические карточки и стационарная установка, созданные на основе изучения бальзамов Сенетнай. Карточки использовали во время экскурсий в Ганновере, а установку разместили на выставке в датском Моэсгаарде. Посетителям предлагали открыть крышки современных керамических сосудов и познакомиться с реконструированным ароматом. ^[8]

Такая реконструкция включает работу парфюмера и выбор безопасных современных материалов. Авторы подчёркивают роль интерпретации: сохранившиеся молекулы дают подсказки, но не готовую запись запаха трёхтысячелетней давности. Для экспозиции также важны дозировка и чувствительность посетителей. Поэтому музейный аромат стоит воспринимать как научно обоснованную версию, помогающую представить древнюю практику, с объяснением того, на каких данных она построена. ^[8]

В этом и заключается ценность необычного исследования. За знакомыми словами «древесный» или «сладкий» открывается возможность задавать новые вопросы к старым предметам. Что было нанесено при погребении? Что добавили хранители? Как менялись материалы? Нос помогает заметить след, а ответ рождается при сопоставлении нескольких видов свидетельств.

Посетители Музея Августа Кестнера в Ганновере знакомятся с ароматическими карточками Scent of the Afterlife. Это отдельный проект по бальзамам Сенетнай. Фото Ulrike Dubiel, Museum August Kestner. Ehrich et al., 2026, рис. 2. CC BY.